Куда выйдут люди после карантина? Возможно, кругом будет только выжженная пустыня

Василий Солодков
Директор Банковского института НИУ ВШЭ, профессор

Как вы считаете, будет ли после или во время эпидемии поддержка государством должников по кредитам и займам?

Здесь сложно сказать, поскольку пока что государство эту обязанность перекладывает на сами кредитные институты. То есть оно призывает их к тому, чтобы они не требовали денег у тех людей, которые оказались на карантине, которые заболели, но я так понимаю, что все происходит за счет ресурсов самих кредитных организаций.

Точно так же как государство щедро подарило всем каникулы, на которых мы сами сейчас находимся, но почему-то сделало это за счет работодателей. В принципе, для такого рода ситуаций и создавался ФНБ, но пока мы видим, что он тратится на несколько иные цели, связанные, очевидно, с поддержкой Роснефти, с перекладыванием денег из одного кармана в другой при продаже Сбербанка со стороны Центрального банка и Минфина. Пока четкого месседжа, что государство собирается поддерживать и бизнес, и народонаселение, нет. Речь идет о каких-то налоговых каникулах, но каникулы каникулами, а налоги все равно платить надо, их никто не отменяет. Пока государство лишь ведет речь о том, что налоги повышаются, в частности, введение нового налога на проценты, выплачиваемые по депозиту. Мягко говоря, в период кризиса это очень странно.

Кто же тогда возьмет это бремя на себя? Неужели сами банки и бизнес?

Смотрите, что происходит. Сейчас по факту встала вся сфера услуг: рестораны не работают, встали авиакомпании, которые перестали летать, встало практически все, что связано со сферой обслуживания населения. И естественно, что многие из этих компаний брали кредитные средства, что-то у них находилось в лизинге, и так далее. И в условиях, когда они не работают, проценты продолжают капать и долг никто не отменял. И возникает естественный вопрос. Кто же это все будет погашать? Пока в качестве источника погашения назван сам бизнес. То есть никаких дополнительных мер я пока не наблюдаю.

С физическими лицами то же самое. Если вам сказали, что вы на каникулах и вам платит работодатель, а у работодателя денег нет, то дальше-то что? У вас и работодатель обанкротится, и вы денег не получите. Поэтому ситуация на самом деле очень нехорошая, и она идет вразрез с тем, что происходит в той же Западной Европе, где государство субсидирует и до 80% зарплаты людей, которые находятся на вынужденном карантине, и, соответственно, субсидирует отсрочки по кредитам, которые вводятся в связи с эпидемией коронавируса. У нас пока этого ничего нет. Государство самоустранилось и со стороны наблюдает за тем, что произойдет.

Российские банки могут понести большие потери. За чей счет они их будут восполнять по окончании кризиса?

Когда кризис закончится, не все доживут до его конца. А когда не дожили, то и восполнять будет нечего и некому и не для кого. ТПП (Торгово-промышленная палата), если вы помните, опубликовала, что, по их прогнозу, может исчезнуть до 3 млн предприятий малого и среднего бизнеса. Хочу напомнить, у нас население 140 млн человек. То есть практически все. По риторике, бизнесу предоставлено полное право спасать себя самостоятельно, в том числе и банкам.

И при этом надо понимать, что в нашем скотном дворе все животные равны, но есть особо равные. Те, которые особо равные, они имеют расчетные счета предприятий, они имеют средства бюджета, которые находятся в этих банках, и так далее, то есть «дешевое» фондирование.

А есть те, которые вынуждены фондироваться за счет депозитов. У них самая тяжелая ситуация. И мы видим, что даже без всех этих мер у нас с 2014 года банковская система сократилась более чем в 2 раза, а здесь, я боюсь, сокращение пойдет опережающими темпами.

Могут ли россияне рассчитывать на альтернативу списанию долгов по американскому сценарию, когда гражданам раздаются так называемые «вертолетные деньги»?

Это называется количественным смягчением. Проблема в чем: когда у вас кризис и нормальная экономика, не российская, вам нужно снижать ставку. А ставку вы можете снижать только до нуля. Дальше ставку снижать уже нельзя, то есть должны быть какие-то иные меры. И тогда вступает в дело количественное смягчение, государства выкупают свои собственные долги: то, что сейчас происходит в еврозоне и Соединенных Штатах Америки. Но еще раз, это нормальные экономики. Мы исходим из того, что приток новых дешевых денег в экономику так или иначе тянет за собой инвестиции, и все начинает работать.

В нашей экономике благодаря тому, что у нас создан «замечательный» инвестиционный климат, приход новых дешевых денег означает покупку иностранной валюты. Поэтому если мы хотим обвалить курс рубля дальше, то нам надо снижать ставку. Поэтому у российского ЦБ сложная ситуация: для ускорения экономики ставку надо снижать, но поскольку люди, наученные долгими годами проживания в этой стране, начнут скупать валюту, все это приведет к росту курса и в конечном итоге к росту инфляции. Поэтому ЦБ снижать ее не может, а повышать ее он тоже боится, поскольку мы видим, что и без этого экономика развивалась по сути дела нулевыми темпами.

С другой стороны, было предпринято огромное количество ошибочных решений в предшествующие четыре года с точки зрения резервов, когда страна грозила всему миру непонятно зачем и непонятно за что, и при этом резервы из высоколиквидных долларов переводила в непонятно какие валюты. И вот только за счет переоценки на прошлой неделе Центральный банк Российской Федерации потерял по сути дела 30 млрд долларов. Постройка нового «Адмирала Кузнецова», который пугал всю Европу, должна обойтись в 1 млрд, а тут 30 за одну неделю. Почему? А потому, что вместо доллара вкладывались в юани, фунты, в евро – в непонятно что. Для того чтобы назло кондуктору взять билет и не поехать. Взяли и не поехали, как это обычно бывает, и потеряли кучу денег.

Ситуация у нас более запущенная, чем в Европе и Соединенных Штатах Америки, потому что это колониальная структура экономики, которая сидит на нефтяной игле. А цену на нефть обрушили мы же, непонятно с какой целью. И сейчас, при существующем уровне цен на нефть, возможно повторение того, что было 1999 году. Мы сейчас вышли на тот же уровень цен. В 1999 году еще были некоторые преимущества, которых нет сейчас: оставались старые советские производства, и был некий эффект девальвации, и они, как птицы-фениксы, воспряли, и у нас стала появляться своя российская продукция. Сейчас этих производств уже нет, нового ничего не появилось трудами партии, правительства, президента и парламента. Ситуация очень «тухлая».

Как будет целесообразно с меньшими потерями для всех переложить обязательства по кредитам и реструктуризациям на банковский сектор?

У любого банка есть какие-то свои деньги, но, как правило, это 10% от той суммы, которую он выдает фактических активов. А так он берет с кого-то депозиты, держит расчетные счета и выдает вам в качестве кредита. Когда вы принесли деньги в качестве депозита, вы же не ожидаете того, что банк будет кому-то кредиты реструктурировать. Вас интересует, чтобы вам этот депозит вернули, и вернули с теми процентами, которые обусловлены договором. А когда банку системно не будут платить те люди, те организации, которым он выдал кредиты, у него возникнут проблемы с выплатой вам процентов и возвратом депозитов. И в этих условиях есть достаточно сильная угроза того, что у нас останутся только госбанки. И это даже не учитывая того, что президент вызвал набег на банки, заявив о том, что процент по депозитам будет облагаться налогом.

Какие инициативы, направленные во избежание кризиса неплатежей по кредитам, могут оказаться эффективными? Какие меры правительства и кредиторов вы бы приветствовали?

У нас есть ФНБ. Вот если бы было заявлено, что люди сидят на карантине и 80% их зарплаты покрывается государством из средств ФНБ, как это делается в Великобритании, мы бы сохранили бизнесы, рабочие места и уровень потребления. 70% наших граждан не имеют никаких накоплений, еще месяц-два такого сидения, и люди пойдут добывать себе пищу, деньги закончатся. Это очень серьезная угроза.

Обозначенные президентом 70% среднего класса могут трансформироваться в толпу людей, которые начнут добывать себе пропитание различными способами. Здесь роль государства очень важна, и именно для этих вещей и создавался ФНБ.

Но сейчас на средства ФНБ, непонятно с какой целью, купили Сбербанк. Причем до 8 марта трата средств ФНБ еще объяснялась тем, чтобы не раскрутить инфляцию, но сейчас ситуация совершенно другая. Тем не менее сделка прошла. А сейчас необходимо в первую очередь думать о том, чтобы бизнесы и рабочие места сохранились. Кризис не вечный, он пройдет. Куда выйдут люди после карантина через 2-3 месяца? Возможно, кругом будет только выжженная пустыня. Все нужно будет создавать заново, и непонятно, на какие деньги.


Игорь АРБУЗОВ
Екатерина РОМАНОВА

02.04.2020
Подписаться

Понравилась публикация?

Подпишитесь на еженедельную рассылку от Zaim.com и будьте в курсе последних событий


 
Личные мнения Все
На рынке циркулирует огромное количество персональных данных Риго Овчиян
Генеральный директор ООО "Столичное кредитное бюро" и директор по развитию бизнеса ООО "Центр микрофинансовых технологий" (группа CRIF)
Сейчас многое будет зависеть от регулятора и властей Ян Арт
Эксперт комитета Государственной Думы по финансовому рынку, член совета НАПКА , к.э.н.
Каждый второй заем в стране будет выдаваться онлайн Ирина Хорошко
Генеральный директор сервиса MoneyMan
Не суди и не будешь судим, или что микрофинансисты думают о коллегах-обманщиках Мнение экспертов
Руководители МФО отвечают на вопросы читателей
Министерство экономики хочет обязать банки и МФО перед передачей долга коллекторам предлагать выкупить его должникам по сниженной цене. Как вы расцениваете эту инициативу?